![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Сильвио Берлускони в свое время вызвал гнев французов (и особенно француженок-феминисток), когда однажды сказал Саркози: "Ты должен быть благодарен мне за твою женщину", - имея в виду, что Карла Бруни итальянка. Сказано было чуть ли не на ухо, но журналисты расслышали. Берлускони стал оправдываться, и говорил, что на самом деле прозвучало не "донна" (женщина"), а "Сорбонна", и речь шла вообще не о женщинах, а об университете Сорбонне, в которой Берлускони якобы учился.
Бруни, видимо, тоже затаила обиду, потому что, когда Берлускони ляпнул про "загар Обамы", она немедленно заявила, что ей настолько за него стыдно, что она больше не считает себя итальянкой. Бытует даже мнение, что нынешние сложности во франко-итальянских отношениях (связанные например с проблемой эмигрантом) объясняются тем, что семья Саркози не выносит Берлускони.
Между тем, журналисты пытались выяснить хоть что-нибудь относительно Сорбонны. Ведь во всех биографиях Берлускони всегда писал, что окончил с отличием Миланский университет, а вовсе не парижскую Сорбонну. И вроде бы кто-то разузнал, что он там год все же отучился в качестве какого-то стажера. История точь-в-точь такая, как с Мариной Юденич, которая долгое время объявляла себя "выпускницей Сорбонны", пока не выяснилось, что она провела там меньше года, да и то не в самой Сорбонне, а на каких-то курсах при ней.
Пока все это выяснялось, Берлускони приплетал эту Сорбонну везде, где только можно. В частности, в качестве доказательства даже спел на французском языке якобы студенческую сорбоннскую песню.
Песня Pigalle, которую в 1946 году написал и исполнил Жорж Ульмер, вовсе не о студентах, а о парижском районе "красных фонарей" Пигаль, и поется в ней о проститутках, сутенерах и продавцах кокаина. Французы, конечно, решили, что к этому всему и сводился парижский опыт нашего Сильвио.
Наконец, чтобы расставить точки над "и", Берлускони заявил французскому телевидению: "Днем я учился в Сорбонне, а по ночам работал на площади Пигаль". Вот такой человек: что ни скажет - получается двусмысленность.
Короче, выяснилось, что по ночам будущий итальянский премьер там подрабатывал в ресторанах пением и игрой на гитаре.
Бруни, видимо, тоже затаила обиду, потому что, когда Берлускони ляпнул про "загар Обамы", она немедленно заявила, что ей настолько за него стыдно, что она больше не считает себя итальянкой. Бытует даже мнение, что нынешние сложности во франко-итальянских отношениях (связанные например с проблемой эмигрантом) объясняются тем, что семья Саркози не выносит Берлускони.
Между тем, журналисты пытались выяснить хоть что-нибудь относительно Сорбонны. Ведь во всех биографиях Берлускони всегда писал, что окончил с отличием Миланский университет, а вовсе не парижскую Сорбонну. И вроде бы кто-то разузнал, что он там год все же отучился в качестве какого-то стажера. История точь-в-точь такая, как с Мариной Юденич, которая долгое время объявляла себя "выпускницей Сорбонны", пока не выяснилось, что она провела там меньше года, да и то не в самой Сорбонне, а на каких-то курсах при ней.
Пока все это выяснялось, Берлускони приплетал эту Сорбонну везде, где только можно. В частности, в качестве доказательства даже спел на французском языке якобы студенческую сорбоннскую песню.
Песня Pigalle, которую в 1946 году написал и исполнил Жорж Ульмер, вовсе не о студентах, а о парижском районе "красных фонарей" Пигаль, и поется в ней о проститутках, сутенерах и продавцах кокаина. Французы, конечно, решили, что к этому всему и сводился парижский опыт нашего Сильвио.
Наконец, чтобы расставить точки над "и", Берлускони заявил французскому телевидению: "Днем я учился в Сорбонне, а по ночам работал на площади Пигаль". Вот такой человек: что ни скажет - получается двусмысленность.
Короче, выяснилось, что по ночам будущий итальянский премьер там подрабатывал в ресторанах пением и игрой на гитаре.
