![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Тут мне френды сигнализировали, что пост "Почему не надо голосовать за "Единую Россию" не попал к ним во френд-ленту. Сразу заподозрили нехорошее.
Выяснилось, что проблема чисто техническая. Пост был написан неделю назад в скрытом режиме, а сегодня я его раскрыл, выставив новое время и дату вручную. Оказывается, в таких случаях пост раскрывается, но в ленте недельной давности. Не знал. На будущее учту.
В связи с эти вспомнилась история, которую я однажды услышал от Бориса Мессерера в доме Евгения Попова.
У них в подъезде на Воровского внизу в каком-то закутке жила настоящая княгиня Мещерская. Древняя старуха. Вроде бы раньше ее семье принадлежал весь дом. Ахмадулина любила у нее сидеть и вести антисоветские разговоры. Однажды она заглянула к ней по дороге в мастерскую и обнаружила старуху в большом беспокойстве: ей отключили телефон, а здоровье у нее слабое, старуха боялась, что не сможет вызвать скорую. Белла Ахатовна пулей взлетела на чердак в мастерскую. Мессерер там на антресолях что-то ваял. К своему ужасу, он услышал, как поэтесса набрала номер справочной и спросила телефон КГБ. Он не успел принять мер, как номер был набран, и вот что он услышал: «Это КГБ? Послушайте. У дамы многих лет отключили телефон. Там, конечно, копают во дворе, но мы думаем на вас». На том конце опешили и спросили: «А вы кто собственно такая?» «А я Ахмадулина!» На этом разговор закончился, и Мессерер стал ей кричать сверху: «Дура! Зачем ты себя назвала!» «А как я еще могу назваться, если я действительно Ахмадулина?» Через минуту снизу с благодарностью позвонила княгиня – ей включили телефон.
Выяснилось, что проблема чисто техническая. Пост был написан неделю назад в скрытом режиме, а сегодня я его раскрыл, выставив новое время и дату вручную. Оказывается, в таких случаях пост раскрывается, но в ленте недельной давности. Не знал. На будущее учту.
В связи с эти вспомнилась история, которую я однажды услышал от Бориса Мессерера в доме Евгения Попова.
У них в подъезде на Воровского внизу в каком-то закутке жила настоящая княгиня Мещерская. Древняя старуха. Вроде бы раньше ее семье принадлежал весь дом. Ахмадулина любила у нее сидеть и вести антисоветские разговоры. Однажды она заглянула к ней по дороге в мастерскую и обнаружила старуху в большом беспокойстве: ей отключили телефон, а здоровье у нее слабое, старуха боялась, что не сможет вызвать скорую. Белла Ахатовна пулей взлетела на чердак в мастерскую. Мессерер там на антресолях что-то ваял. К своему ужасу, он услышал, как поэтесса набрала номер справочной и спросила телефон КГБ. Он не успел принять мер, как номер был набран, и вот что он услышал: «Это КГБ? Послушайте. У дамы многих лет отключили телефон. Там, конечно, копают во дворе, но мы думаем на вас». На том конце опешили и спросили: «А вы кто собственно такая?» «А я Ахмадулина!» На этом разговор закончился, и Мессерер стал ей кричать сверху: «Дура! Зачем ты себя назвала!» «А как я еще могу назваться, если я действительно Ахмадулина?» Через минуту снизу с благодарностью позвонила княгиня – ей включили телефон.
