![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Член ОНК Ева Меркачева попыталась увидеть в «Лефортово» украинских политзаключенных, ожидающих обмена. У нее это не получилось.
Украинского режиссера Олега Сенцова, тайно доставленного в Москву, как предполагают — для обмена, отказались показывать правозащитникам. По информации членов Общественной наблюдательной комиссии Москвы, политзаключенного доставили в СИЗО «Лефортово». Однако при сегодняшнем визите туда правозащитникам отказали в общении с заключенными.
По словам представителей администрации, украинские заключенные написали письменный отказ от общения с членами ОНК. Увидеть этот отказ не удалось, так как его «приобщили к их личным делам». Согласно заявлению подполковника Александра Ханова, в своем заявлении они указали, что якобы не отвечают за свои действия и могут даже наброситься на правозащитников. Набрасываться на членов ОНК? Зачем?
«А можем мы посмотреть в дверной глазок их камеры, чтобы убедиться, что они в порядке?» — спросили мы. «Нет! Глазок бронированный, но некоторые пытались его расковырять». «А что они могут сделать нам через бронированное стекло глазка в двери?» «Все, что угодно!» — не сдавался подполковник, игнорируя любые разумные доводы. Однажды, правда, он едва не открыл дверь «ненужной» камеры, не узнав в лицо очередных «опасных» арестантов.
В коридоре мы случайно увидели одного из арестантов — его конвоировали работники изолятора. Выглядел он ужасно, самое правдоподобное объяснение — либо болен, либо избит. Однако представитель администрации заявил, что с ним все в порядке и вообще он опасен. Заходить к нему в камеру Ханов запретил. Мол, этот человек тоже отказался встречаться с правозащитниками.
Впервые в истории общественного контроля членов ОНК не допускают в камеры и так ограждают от заключенных. Впрочем, нет, не впервые. За несколько дней до этого членов ОНК не пустили в камеры под предлогом... прорыва водопровода. Где это случилось? Конечно, все в том же СИЗО!
Похоже, СИЗО «Лефортово» перешло на функционирование в режиме полной секретности. Связано это, судя по всему, с готовящимся обменом украинских и российских заключенных. Но вместо того, чтобы сделать из этой акции целую позитивную пиар-кампанию, власти решили максимально все засекретить. Зачем? Тем более что это секрет Полишинеля — защитники и родные арестантов в публичном пространстве говорят о грядущем событии едва ли не как уже свершившемся.
Где же прячут режиссера? По нашим данным, Сенцова этапировали в «Лефортово» из колонии в Лабытнанги, где он отбывал наказание. Часть пути Сенцов проделал на самолете, а часть автотранспортом. Однако официально подтвердить эту информацию не удалось. Между тем представители общественных организаций и родные стали переживать за здоровье Сенцова, который долгое время был на голодовке и потому мог плохо перенести дорогу. «Могли бы вы просто убедиться, что он жив и что у него есть все необходимое — лекарства, одежда и еда?» — примерно такие сообщения поступили в ОНК Москвы. Но увидеть Сенцова мы не смогли. Представитель «Лефортово» сначала заявил, что он, скорее всего, в «Бутырке» (что не соответствует действительности). Затем сотрудник предположил, что Сенцов «еще в пути».
ОТСЮДА
Украинского режиссера Олега Сенцова, тайно доставленного в Москву, как предполагают — для обмена, отказались показывать правозащитникам. По информации членов Общественной наблюдательной комиссии Москвы, политзаключенного доставили в СИЗО «Лефортово». Однако при сегодняшнем визите туда правозащитникам отказали в общении с заключенными.
По словам представителей администрации, украинские заключенные написали письменный отказ от общения с членами ОНК. Увидеть этот отказ не удалось, так как его «приобщили к их личным делам». Согласно заявлению подполковника Александра Ханова, в своем заявлении они указали, что якобы не отвечают за свои действия и могут даже наброситься на правозащитников. Набрасываться на членов ОНК? Зачем?
«А можем мы посмотреть в дверной глазок их камеры, чтобы убедиться, что они в порядке?» — спросили мы. «Нет! Глазок бронированный, но некоторые пытались его расковырять». «А что они могут сделать нам через бронированное стекло глазка в двери?» «Все, что угодно!» — не сдавался подполковник, игнорируя любые разумные доводы. Однажды, правда, он едва не открыл дверь «ненужной» камеры, не узнав в лицо очередных «опасных» арестантов.
В коридоре мы случайно увидели одного из арестантов — его конвоировали работники изолятора. Выглядел он ужасно, самое правдоподобное объяснение — либо болен, либо избит. Однако представитель администрации заявил, что с ним все в порядке и вообще он опасен. Заходить к нему в камеру Ханов запретил. Мол, этот человек тоже отказался встречаться с правозащитниками.
Впервые в истории общественного контроля членов ОНК не допускают в камеры и так ограждают от заключенных. Впрочем, нет, не впервые. За несколько дней до этого членов ОНК не пустили в камеры под предлогом... прорыва водопровода. Где это случилось? Конечно, все в том же СИЗО!
Похоже, СИЗО «Лефортово» перешло на функционирование в режиме полной секретности. Связано это, судя по всему, с готовящимся обменом украинских и российских заключенных. Но вместо того, чтобы сделать из этой акции целую позитивную пиар-кампанию, власти решили максимально все засекретить. Зачем? Тем более что это секрет Полишинеля — защитники и родные арестантов в публичном пространстве говорят о грядущем событии едва ли не как уже свершившемся.
Где же прячут режиссера? По нашим данным, Сенцова этапировали в «Лефортово» из колонии в Лабытнанги, где он отбывал наказание. Часть пути Сенцов проделал на самолете, а часть автотранспортом. Однако официально подтвердить эту информацию не удалось. Между тем представители общественных организаций и родные стали переживать за здоровье Сенцова, который долгое время был на голодовке и потому мог плохо перенести дорогу. «Могли бы вы просто убедиться, что он жив и что у него есть все необходимое — лекарства, одежда и еда?» — примерно такие сообщения поступили в ОНК Москвы. Но увидеть Сенцова мы не смогли. Представитель «Лефортово» сначала заявил, что он, скорее всего, в «Бутырке» (что не соответствует действительности). Затем сотрудник предположил, что Сенцов «еще в пути».
ОТСЮДА
