![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
СВОДКА СЕКРЕТНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ОТДЕЛА ГУГБ НКВД СССР
22 сентября 1936 г.
После опубликования приговора Военной Коллегии Верх. суда над участниками троцкистско-зиновьевского блока источник, будучи в Одессе, встретился с писателем Бабелем в присутствии кинорежиссера Эйзенштейна. Беседа проходила в номере гостиницы, где остановились Бабель и Эйзенштейн. Касаясь главным образом итогов процесса, Бабель говорил:
"Вы не представляете себе и не даете себе отчета в том, какого масштаба люди погибли и какое это имеет значение для истории. Это страшное дело. Мы с вами, конечно, ничего не знаем, шла и идет борьба с "хозяином" из-за личных отношений ряда людей к нему. Кто делал революцию? Кто был в Политбюро первого состава?"
Бабель взял при этом лист бумаги и стал выписывать имена членов ЦК ВКП(б) и Политбюро первых лет революции. Затем стал постепенно вычеркивать имена умерших, выбывших и, наконец, тех, кто прошел по последнему процессу. После этого Бабель разорвал листок со своими записями и сказал:
"Вы понимаете, кто сейчас расстрелян или находится накануне этого: Сокольникова очень любил Ленин, ибо это умнейший человек. Сокольников, правда, "большой скептик" и кабинетный человек, буквально ненавидящий массовую работу. Для Сокольникова мог существовать только авторитет Ленина и вся борьба его - это борьба против влияния Сталина. Вот почему и сложились такие отношения между Сокольниковым и Сталиным.
А возьмите Троцкого. Нельзя себе представить обаяние и силу влияния его на людей, которые с ним сталкиваются. Троцкий, бесспорно, будет продолжать борьбу, и его многие поддержат.
Из расстрелянных одна из самых замечательных фигур - это Мрачковский. Он сам рабочий, был организатором партизанского движения в Сибири; исключительной силы воли человек. Мне говорили, что незадолго до ареста он имел 11-часовую беседу со Сталиным.
Мне очень жаль расстрелянных потому, что это были настоящие люди. Каменев, например, после Белинского - самый блестящий знаток русского языка и литературы.
Я считаю, что это не борьба контрреволюционеров, а борьба со Сталиным на основе личных отношений.
Представляете ли вы себе, что делается в Европе и как теперь к нам будут относиться. Мне известно, что Гитлер после расстрела Каменева, Зиновьева и др. заявил: "Теперь я расстреляю Тельмана".
Какое тревожное время! У меня ужасное настроение!"
Эйзенштейн во время высказываний Бабеля не возражал ему.
Зам. нач. секр.-полит. отдела ГУГБ старший майор государствен. безопасности В.Берман.
В этом документе интересно вот что. Ежова министром госбезопасности назначили 26 сентября 1936 года. Значит, один из первых документов, легших к нему на стол, была сводка Бермана о Бабеле. Бабель был вхож в дом к Ежовым, - еще со времен Одессы его связывали дружеские (а говорят, что и любовные) отношения с женой Ежова Евгенией Соломоновной. В среде писателей о самом Ежове Бабель отзывался крайне высоко. Ежов не дал ходу ни этому, ни многим другим доносам на Бабеля. Возможно, они даже обсуждали их в дружеском кругу. Бабель говорил друзьям: "Меня никогда не арестуют".
Неудивительно, что он рухнул сразу за Ежовым. Ежова арестовали 10 апреля 1939 года, а Бабеля - 15 мая того же года. Расстреляли Ежова 4 февраля 1940 года, а Бабеля на несколько дней раньше - 27 января. Останки Бабеля и Ежова были сброшены в одну и ту же общую могилу на территории Донского кладбища.
Как всегда, не забываю упомянуть о судьбе авторов доносов: Борис Давидович Берман был арестован 24 сентября 1938 года, 22 февраля 1939 года - расстрелян.
22 сентября 1936 г.
После опубликования приговора Военной Коллегии Верх. суда над участниками троцкистско-зиновьевского блока источник, будучи в Одессе, встретился с писателем Бабелем в присутствии кинорежиссера Эйзенштейна. Беседа проходила в номере гостиницы, где остановились Бабель и Эйзенштейн. Касаясь главным образом итогов процесса, Бабель говорил:
"Вы не представляете себе и не даете себе отчета в том, какого масштаба люди погибли и какое это имеет значение для истории. Это страшное дело. Мы с вами, конечно, ничего не знаем, шла и идет борьба с "хозяином" из-за личных отношений ряда людей к нему. Кто делал революцию? Кто был в Политбюро первого состава?"
Бабель взял при этом лист бумаги и стал выписывать имена членов ЦК ВКП(б) и Политбюро первых лет революции. Затем стал постепенно вычеркивать имена умерших, выбывших и, наконец, тех, кто прошел по последнему процессу. После этого Бабель разорвал листок со своими записями и сказал:
"Вы понимаете, кто сейчас расстрелян или находится накануне этого: Сокольникова очень любил Ленин, ибо это умнейший человек. Сокольников, правда, "большой скептик" и кабинетный человек, буквально ненавидящий массовую работу. Для Сокольникова мог существовать только авторитет Ленина и вся борьба его - это борьба против влияния Сталина. Вот почему и сложились такие отношения между Сокольниковым и Сталиным.
А возьмите Троцкого. Нельзя себе представить обаяние и силу влияния его на людей, которые с ним сталкиваются. Троцкий, бесспорно, будет продолжать борьбу, и его многие поддержат.
Из расстрелянных одна из самых замечательных фигур - это Мрачковский. Он сам рабочий, был организатором партизанского движения в Сибири; исключительной силы воли человек. Мне говорили, что незадолго до ареста он имел 11-часовую беседу со Сталиным.
Мне очень жаль расстрелянных потому, что это были настоящие люди. Каменев, например, после Белинского - самый блестящий знаток русского языка и литературы.
Я считаю, что это не борьба контрреволюционеров, а борьба со Сталиным на основе личных отношений.
Представляете ли вы себе, что делается в Европе и как теперь к нам будут относиться. Мне известно, что Гитлер после расстрела Каменева, Зиновьева и др. заявил: "Теперь я расстреляю Тельмана".
Какое тревожное время! У меня ужасное настроение!"
Эйзенштейн во время высказываний Бабеля не возражал ему.
Зам. нач. секр.-полит. отдела ГУГБ старший майор государствен. безопасности В.Берман.
В этом документе интересно вот что. Ежова министром госбезопасности назначили 26 сентября 1936 года. Значит, один из первых документов, легших к нему на стол, была сводка Бермана о Бабеле. Бабель был вхож в дом к Ежовым, - еще со времен Одессы его связывали дружеские (а говорят, что и любовные) отношения с женой Ежова Евгенией Соломоновной. В среде писателей о самом Ежове Бабель отзывался крайне высоко. Ежов не дал ходу ни этому, ни многим другим доносам на Бабеля. Возможно, они даже обсуждали их в дружеском кругу. Бабель говорил друзьям: "Меня никогда не арестуют".
Неудивительно, что он рухнул сразу за Ежовым. Ежова арестовали 10 апреля 1939 года, а Бабеля - 15 мая того же года. Расстреляли Ежова 4 февраля 1940 года, а Бабеля на несколько дней раньше - 27 января. Останки Бабеля и Ежова были сброшены в одну и ту же общую могилу на территории Донского кладбища.
Как всегда, не забываю упомянуть о судьбе авторов доносов: Борис Давидович Берман был арестован 24 сентября 1938 года, 22 февраля 1939 года - расстрелян.
