Сколько в России поджигателей казнили и самосудом убивали. А города и деревни горели факелами и сериями. Причем поджигателей не было никаких. Просто виноватых назначали и убивали.
Из воспоминаний жены Достоевского (1874 г.): " В Старой Руссе в те времена, и зимой и летом, случались частые пожары, от которых выгорали целые улицы. Большею частью они происходили по ночам (где-нибудь в пекарне или в бане). Федор Михайлович, припоминая незадолго перед тем выгоревший дотла Оренбург, очень тревожился, если начинался пожар и принимались звонить на соборной колокольне, а в случае, если пожар разгорался, то и на колокольнях вблизи его расположенных церквей. Федора Михаиловича особенно беспокоило то, что он знал, до чего я, в обычное время столь бодрая и ничего не боящаяся, "терялась" при какой-нибудь внезапности и начинала совершать нелепые поступки. Поэтому у нас раз навсегда, во время пребывания в Руссе, было условлено будить друг друга, как только услышим набат. Обыкновенно, заслышав звон, Федор Михаилович тихо тряс меня за плечо и говорил: "Проснись, Аня, не пугайся, где-то пожар. Не волнуйся, пожалуйста, а я пойду посмотреть, где горит!"
Верещагина тоже люблю. Про мороз выживший французский генерал писал, что во время отступления вокруг был не воздух, а лед (дословно не помню, там у него как-то страшно написано, поэтому и запомнил).
Отсутствие фуража, а не мороз. По этой же диаграмме видно: бОльшая часть потерь была у французов до вступления в Москву. А тот год был аномально тёплым -- Березина вот не замёрзла в положенный срок.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
" В Старой Руссе в те времена, и зимой и летом, случались частые пожары, от которых выгорали целые улицы. Большею частью они происходили по ночам (где-нибудь в пекарне или в бане). Федор Михайлович, припоминая незадолго перед тем выгоревший дотла Оренбург, очень тревожился, если начинался пожар и принимались звонить на соборной колокольне, а в случае, если пожар разгорался, то и на колокольнях вблизи его расположенных церквей. Федора Михаиловича особенно беспокоило то, что он знал, до чего я, в обычное время столь бодрая и ничего не боящаяся, "терялась" при какой-нибудь внезапности и начинала совершать нелепые поступки. Поэтому у нас раз навсегда, во время пребывания в Руссе, было условлено будить друг друга, как только услышим набат. Обыкновенно, заслышав звон, Федор Михаилович тихо тряс меня за плечо и говорил: "Проснись, Аня, не пугайся, где-то пожар. Не волнуйся, пожалуйста, а я пойду посмотреть, где горит!"
no subject
Из "ЕЖ" упёрла )))
МЧС, Минкульт, безумные полпреды... всё смешалось...
no subject
Сегодня утром еду на работу. У женщины звонит телефон.
Мелодия звонка - заставка программы "Время".
Занавес.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
я "Время" не смотрю, только догадываюсь, что это такое
телека у меня нет
седьмую переслушаю, аж интересно стало
no subject
no subject
это Свиридов - Время Вперед
no subject
no subject
no subject
no subject
Вот, кстати, как и почему французы в России были разбиты - генерал Мороз, а не Кутузов.
(извините за ширину диаграммы)
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Поэтому поджигателями назначили оппозиционеров.