![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
У меня иногда спрашивают, почему я не пишу для российских изданий. Уже много лет. Хотя предложения есть.
А не хочу.
Последний опыт - это колонка для журнала The New Times c обзором телевидения за неделю. Года два назад я позвонил Жене Альбац и взмолился: освободи, матушка, не могу больше смотреть телевизор. Я просто рехнусь. Причем было это задолго до крымнаша.
Но должен признаться, что я колумнист выходящей в Москве англоязычной газеты The Moscow Times. С основателем газеты Дерком Сауэром я познакомился в стародавние времена, когда еще этой газеты не было даже в планах. Как только она появилась, я писал для нее заметки, так, для удовольствия, когда еще в России жил. В январе прошлого года они попросили меня продолжить сотрудничество. В одной из первых колонок я предсказал аннексию Крыма, что их там всех несколько удивило. Так с тех пор и пишу. Мне нравится, что мои читатели - не россияне. На их сайте вы можете найти штук тридцать моих авторских колонок.
Вот вчерашняя заметка, например:
Моя молодость пришлась на поздние брежневские годы. Сейчас их принято называть «годами застоя». Людей не расстреливали, как при Сталине, но идеология задавила всё живое. В условиях жестких ограничений существовали искусство, литература, науки (особенно гуманитарные), из-за железного занавеса не просачивалось практически ничего. Попасть туда, за занавес, могли лишь избранные, ценой морального самоуничтожения. Атмосфера была тяжелой, дышалось трудно. И у нас у всех было ощущение, что так будет всегда. Что жизнь придется прожить практически без воздуха. Так считали не только партийные функционеры, так думали и те, кто советскую власть ненавидел. Никто не мог предполагать, что общественная жизнь может прийти в движение (как это вскоре случилось при Горбачеве), и тем более никто бы не поверил, что через несколько лет Советский Союз рухнет.
Путинский режим при всех его фундаментальных отличиях от брежневского, имеет с ним одно сходство: отсутствие воздуха в общественной атмосфере. Новаторство в искусстве преследуется, любая критика власти объявляется экстремизмом, угрожающим основам строя, но главное – насаждается мнение, что страна живет в кольце врагов. И хотя Путин пока не дошел до введения выездных виз для граждан страны, пропаганда сделала изоляционизм главным лозунгом момента.
В отличие от нас, нынешнее поколение российских интеллектуалов все-таки не забыло десять лет свободы: с момента путча 1991 года, обрушившего СССР и до момента прихода Путина к власти в 2000-м. Причем первые примерно семь лет своего правления, за редкими исключениями, Путин все-таки не касался вопросов функционирования искусства и в целом сферы интеллектуальной деятельности, не пытался заключить ее в жесткие идеологические рамки, ни делал ничего для переписывания истории сейчас, как это он делает сейчас. Так что я бы сказал, что у нас было в сумме даже 16 или 17 относительно свободных лет.
И вот те, кто выросли в эти годы, кто не застал ни Брежнева, ни Андропова, ни тем более Хрущева или Сталина, - они сейчас живут надеждой, что нынешний период реакции – временное явление. Что еще немного, и Путин куда-то денется, или, может, он одумается и поменяет курс.
Я говорю, конечно, об ощущениях не широких народных масс, а о том, что думает интеллигенция.
Вот буквально на днях известный галерист и культурный деятель Марат Гельман, вынужденный покинуть Россию, дал интервью по скайпу телеканалу “Дождь”, последнему независимому российскому каналу. “Нас тут, в Черногории, - сказал Гельман, - собралось уже человек пятнадцать. И мы тут, чтобы пересидеть Мединского” (Мединский – одиозный министр культуры в правительстве Путина).
То есть они собираются пересидеть. Надеются вернуться в Россию, когда там снова будет свобода творчества и страна вновь развернется лицом к цивилизации.
Если бы меня к этот момент подключили к телевизионной дискуссии, я бы им ответил: и не надейтесь!
Причем я не имею в виду конкретного министра с фамилией Мединский или даже конкретного президента по фамилии Путин. Мединского еще могут снять с работы, да и с Путиным может что-нибудь случиться. Придет другой “Мединский” и другой “Путин”. Изменения, произошедшие не только в устройстве власти, но и в самом обществе, настолько глубоки, что рассчитывать на выздоровление в ближайшие десятилетия не приходится. Лично я настроен крайне пессимистично, и думаю, что при путинизме россиянам придется жить даже не несколько десятилетий, а несколько поколений.
Все то, что методом насильственной селекции выросло в Советском Союзе (справедливо названном Рональдом Рейганом “империей зла”), после краткого перерыва возродилось и вернулось на свои места. Как недавно сказал музыкант Андрей Макаревич: “Такое впечатление, что жизнь прожита зря”.
У меня такое же ощущение. “Россия во мгле” – как назвал свою книгу, написанную в 1920 году, Герберт Уэлс. Свет зажгли ненадолго. Мы снова во тьме.
ОТСЮДА
А не хочу.
Последний опыт - это колонка для журнала The New Times c обзором телевидения за неделю. Года два назад я позвонил Жене Альбац и взмолился: освободи, матушка, не могу больше смотреть телевизор. Я просто рехнусь. Причем было это задолго до крымнаша.
Но должен признаться, что я колумнист выходящей в Москве англоязычной газеты The Moscow Times. С основателем газеты Дерком Сауэром я познакомился в стародавние времена, когда еще этой газеты не было даже в планах. Как только она появилась, я писал для нее заметки, так, для удовольствия, когда еще в России жил. В январе прошлого года они попросили меня продолжить сотрудничество. В одной из первых колонок я предсказал аннексию Крыма, что их там всех несколько удивило. Так с тех пор и пишу. Мне нравится, что мои читатели - не россияне. На их сайте вы можете найти штук тридцать моих авторских колонок.
Вот вчерашняя заметка, например:
Моя молодость пришлась на поздние брежневские годы. Сейчас их принято называть «годами застоя». Людей не расстреливали, как при Сталине, но идеология задавила всё живое. В условиях жестких ограничений существовали искусство, литература, науки (особенно гуманитарные), из-за железного занавеса не просачивалось практически ничего. Попасть туда, за занавес, могли лишь избранные, ценой морального самоуничтожения. Атмосфера была тяжелой, дышалось трудно. И у нас у всех было ощущение, что так будет всегда. Что жизнь придется прожить практически без воздуха. Так считали не только партийные функционеры, так думали и те, кто советскую власть ненавидел. Никто не мог предполагать, что общественная жизнь может прийти в движение (как это вскоре случилось при Горбачеве), и тем более никто бы не поверил, что через несколько лет Советский Союз рухнет.
Путинский режим при всех его фундаментальных отличиях от брежневского, имеет с ним одно сходство: отсутствие воздуха в общественной атмосфере. Новаторство в искусстве преследуется, любая критика власти объявляется экстремизмом, угрожающим основам строя, но главное – насаждается мнение, что страна живет в кольце врагов. И хотя Путин пока не дошел до введения выездных виз для граждан страны, пропаганда сделала изоляционизм главным лозунгом момента.
В отличие от нас, нынешнее поколение российских интеллектуалов все-таки не забыло десять лет свободы: с момента путча 1991 года, обрушившего СССР и до момента прихода Путина к власти в 2000-м. Причем первые примерно семь лет своего правления, за редкими исключениями, Путин все-таки не касался вопросов функционирования искусства и в целом сферы интеллектуальной деятельности, не пытался заключить ее в жесткие идеологические рамки, ни делал ничего для переписывания истории сейчас, как это он делает сейчас. Так что я бы сказал, что у нас было в сумме даже 16 или 17 относительно свободных лет.
И вот те, кто выросли в эти годы, кто не застал ни Брежнева, ни Андропова, ни тем более Хрущева или Сталина, - они сейчас живут надеждой, что нынешний период реакции – временное явление. Что еще немного, и Путин куда-то денется, или, может, он одумается и поменяет курс.
Я говорю, конечно, об ощущениях не широких народных масс, а о том, что думает интеллигенция.
Вот буквально на днях известный галерист и культурный деятель Марат Гельман, вынужденный покинуть Россию, дал интервью по скайпу телеканалу “Дождь”, последнему независимому российскому каналу. “Нас тут, в Черногории, - сказал Гельман, - собралось уже человек пятнадцать. И мы тут, чтобы пересидеть Мединского” (Мединский – одиозный министр культуры в правительстве Путина).
То есть они собираются пересидеть. Надеются вернуться в Россию, когда там снова будет свобода творчества и страна вновь развернется лицом к цивилизации.
Если бы меня к этот момент подключили к телевизионной дискуссии, я бы им ответил: и не надейтесь!
Причем я не имею в виду конкретного министра с фамилией Мединский или даже конкретного президента по фамилии Путин. Мединского еще могут снять с работы, да и с Путиным может что-нибудь случиться. Придет другой “Мединский” и другой “Путин”. Изменения, произошедшие не только в устройстве власти, но и в самом обществе, настолько глубоки, что рассчитывать на выздоровление в ближайшие десятилетия не приходится. Лично я настроен крайне пессимистично, и думаю, что при путинизме россиянам придется жить даже не несколько десятилетий, а несколько поколений.
Все то, что методом насильственной селекции выросло в Советском Союзе (справедливо названном Рональдом Рейганом “империей зла”), после краткого перерыва возродилось и вернулось на свои места. Как недавно сказал музыкант Андрей Макаревич: “Такое впечатление, что жизнь прожита зря”.
У меня такое же ощущение. “Россия во мгле” – как назвал свою книгу, написанную в 1920 году, Герберт Уэлс. Свет зажгли ненадолго. Мы снова во тьме.
ОТСЮДА
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:35 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 10:40 am (UTC)сдохнутьлопнуть раньше. Внутреннее давление всё же не удержат никакие скрепы.)(no subject)
Date: 2015-04-22 10:41 am (UTC)Конечно, ощущение крайне тягостное.
Но я не стал бы сравнивать, например, с зоной - когда свобода возможна только по окончании данного тебе срока, или по неожиданной амнистии в связи, допустим, со смертью Вождя.
Сравнил бы с партизанством в тылу врага.
Я живу здесь, в России, ни стреляться, ни в запой уйти не намерен.
Буду бороться, как могу.
Приглашаю прочитать мою небольшую повесть "Лидия" (http://www.30-70.ru/lidiya.htm) - это как раз об этом.
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:42 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 10:45 am (UTC)Помните?
— Дух императора, скажи, сколько времени еще будут у власти большевики?
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:46 am (UTC)Если не надеяться на лучшее, то какой выход? Эмигрировать? В петлю лезть?
Жили при Брежневе ни на что не рассчитывая, а появились Горбачев и Ельцин. И на этого "мудреца" найдется кто-нибудь.
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:50 am (UTC)Ни муж, но все американские аналитические институты со мной не согласны. Американские аналитики подготовили для Конгресса стратегию развития отношений США и России, там по плану Путин будет у руля до 2024 года.
Все равно думаю, что и вы, и муж, и американцы ошибаетесь. :)
Причем, видно будет уже к следующей весне куда все идет. Подождем до следующей весны.
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:51 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 10:56 am (UTC)Думаю, что к поколениям это никак не относится. Во первых, алгоритм того что происходит в данный момент говорит о том, что дело не улучшается и что так же будет всегда и может и хуже - временами. Во вторых с точки зрения нас, ныне живущих и не способных жить несколько поколений - это безразлично и является синонимом "вечно", "всегда".
Короче, если алгоритм не менять, то никаких поколений не хватит и алгоритм будет меняться просто потому что жизнь меняется., Так что такие прогнозы не имеют смысла.
Сознавая свой относительно близкий конец могу сказать, что мне вряд ли удастся увидеть что-то другое. И исходя их этого и стоит распоряжаться той жизнью, которая осталась и делать выводы о той, что уже прожита. Макаревичу не стоит поддаваться эмоциям. Жизнь прожита не зря, потому что смысл ее состоит в том что бы жить, эмоциональный человек сказал бы: "Жизнь есть борьба". Я сказал бы: "Жизнь есть жизнь", что хотя выглядит как тавтология ею не является, если во второе слово вкладывать весь жизненный путь с его сложностями и достижениями и поражениями и удовольствиями и трагедиями и всем остальным. Всего этого было у него и большинства из нас в достатке, так что не зря.
А у России уж такая вот судьба, цивилизация и вечный путь во мгле. Ей нравится. По другому не умеет.
(no subject)
Date: 2015-04-22 10:59 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:02 am (UTC)На мгновенье вспыхнул свет -
И снова темно..."
Ужасно хотелось бы не соглашаться с вашим пессимистическим прогнозом. Вдруг вы ошибетесь так же, как те, кто жил в застой и представить не мог, как и куда все может повернуться так скоро.
(no subject)
Date: 2015-04-22 11:13 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:16 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:22 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:25 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:30 am (UTC)В русской истории всё повторяется, так что нет никаких оснований полагать, что ненадолго. Ментальность - это навсегда..
(no subject)
Date: 2015-04-22 11:31 am (UTC)Вы молодец.
(no subject)
Date: 2015-04-22 11:32 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:36 am (UTC)Есть-то он есть, но сейчас нет той жажды информации, которая была. То есть вот, бери - но людям неохота. Это как москвичи, 90% которых за всю свою жизнь ни разу не были в Большом театре, музее им. Пушкина или Оружейной палате.
для остальных полный холодильник важнее патриотизма
Проблема в том, что многие даже не знают, что такое качество жизни - привыкли покупать барахло, есть барахло, носить барахло, радоваться всякому барахлу вроде раскрашенных старых покрышек у подъезда - такой уровень жизни государство сможет поддерживать им очень долго.
(no subject)
Date: 2015-04-22 11:38 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:40 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:40 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:48 am (UTC)Полагаю, что ещё один развал вполне вероятен.
С образованием же нескольких конкурирующих самостоятельных субъектов международного права можно рассчитывать на прогресс.
Ведь конкуренция - двигатель прогресса ...
(no subject)
Date: 2015-04-22 11:49 am (UTC)(no subject)
Date: 2015-04-22 11:51 am (UTC)